В статистике — покой. Число официальных банкротств в АПК снизилось до исторического минимума. Но в реальности российское мясное скотоводство напоминает дом, в котором тихо, одну за другой, выносят несущие стены. Фермеры не объявляют дефолтов — они просто гасят кредиты, распродают стадо и навсегда закрывают ворота. Это не волна банкротств. Это волна «тихих» уходов. И пока чиновники рапортуют о стабильности, рынок переживает тектонический сдвиг, последствия которого мы со всей остротой ощутим через три года. Но для тех, кто умеет читать цифры, этот кризис — не приговор, а карта сокровищ. 

«Ценовые ножницы»: маржа ушла в ритейл 

Главное орудие убийства «середняка» — чудовищный разрыв между ценой на полке и закупочной ценой у фермера. Потребитель платит за говядину рекордные деньги, но до производителя этот ценовой сигнал не доходит. Стагнация закупочных цен на живой вес на фоне взлетевших издержек на корма, технику и ветеринарию поставила классическую коммерческую ферму на грань исчезновения. 

Почему ритейл не делится маржой? 

Ответ — в обнуленных пошлинах на импорт. Мясокомбинаты и сети, имея доступ к дешевой бразильской или белорусской говядине, диктуют условия. Фермер, вложившийся в бычка 18–24 месяца назад, становится заложником чужой бизнес-модели. Его актив неликвиден в моменте, и он вынужден соглашаться на любую цену, предложенную перекупщиком. Бизнес, построенный на длинном инвестиционном цикле, оказался беззащитен перед гибкостью глобального трейдинга. 

Миф о статистике и реальность скотомогильников 

Официальные данные о поголовье КРС (около 16,4 млн голов) — это взгляд в зеркало заднего вида. Самое страшное скрыто ЗА этим показателем. Темпы сокращения маточного стада достигли 4% в год. Это мина замедленного действия, механизм которой неумолим, как биология. Корова — не станок, её производственный цикл невозможно перезапустить указом или субсидией задним числом.Каждая забитая сегодня тёлка или корова — это десятки нерождённых телят. Забой репродуктивного ядра — это гарантированный «сырьевой голод» в горизонте 2027–2030 годов. Собственное производство говядины уже просело на 5–6%, и дыру пытаются латать импортом из Латинской Америки. Но эта стратегия порочна: глобальная логистика дорожает, а спрос на скот растёт и у наших соседей. Ставка на импорт — это не стратегия развития, а стратегия поощрения чужого фермера. 

Земля — новая нефть: во что инвестировать прямо сейчас 

Именно здесь аналитика перестаёт быть констатацией боли и становится руководством к действию. Текущий кризис открывает историческое окно для входа в сектор. Но дьявол, как всегда, в деталях. Ошибочная стратегия — скупать проблемные фермы и ставить бычков на откорм. Главный и чудовищно недооценённый актив сегодня — сельскохозяйственная земля, которая массово высвобождается. 

Алгоритм для дальновидного инвестора выглядит так: 

1.Консолидация земельного банка. Скупайте пастбища и бывшие площадки «уходящих» КФХ. Когда через 2–3 года грянет дефицит скота, не будет ничего дороже земли, способной его прокормить. Тот, кто будет контролировать кормовую базу, будет диктовать цены всей цепочке — от откорма до прилавка. 

2.Ставка на воспроизводство. Если заходить в животноводство, то не в бычков на забой, а в репродуктивный материал — тёлок и нетелей. Это игра на повышение в чистом виде. Когда рынок осознает масштаб катастрофы, стоимость маточного поголовья, способного к репродукции, взлетит кратно. Инвестиции в маточное стадо сегодня — это контроль над предложением завтра. 

Кооперация или смерть: рецепт для тех, кто остаётся 

Для действующих фермеров одиночная игра — гарантированный путь на обочину истории. Точка безубыточности сместилась к двум полюсам: вертикально-интегрированные холдинги и микрониши (органическая, мраморная, крафтовая говядина) с прямыми продажами конечному потребителю. Все, кто застрял в середине, обречены.Единственный способ коллективной обороны — это жёсткая, юридически обязывающая контрактация. Объединяясь в кластеры, малые хозяйства получают то, чего у них нет поодиночке: рыночную власть. Общий ветеринарный хаб, пул для оптовых закупок кормов и препаратов, единая площадка доращивания телят — это не теория из учебника, а единственный способ сформировать товарную партию, интересную переработчику, и диктовать ему цену, а не просить милостыню.

 Нынешняя ситуация в мясном скотоводстве — не конец отрасли. Это хирургическая пересборка правил игры. С рынка уходит то, что должно уйти — экономически неэффективная модель мелкотоварного индивидуалиста без выхода на крупного потребителя. Освобождающееся место займут две силы: умные, кооперирующиеся фермеры, заточенные на маржинальные ниши, и хладнокровные инвесторы, скупающие не скот, а землю. Именно они снимут главную прибыль с грядущего сырьевого голода. Время считать поголовье как стратегический актив и время собирать под него землю.

  Значение рынков торговли скотом для развития животноводства трудно переоценить. Эти рынки — будь то физические аукционные площадки, электронные торговые платформы или организованные пункты сбора — выполняют функцию центральной нервной системы отрасли скотоводства. Они соединяют производителей с потребителями, транслируют ценовые сигналы, способствуют генетическому улучшению стада и обеспечивают специализацию и масштабирование, необходимые для современного эффективного животноводческого сектора. 

  Оценим обоснование роли скотных рынков с экономической, производственной и социальной точек зрения.

 1. Ценообразование и прозрачность рынка. Рынки скота являются основным механизмом формирования цен. Благодаря открытому взаимодействию покупателей и продавцов рынки устанавливают референтную цену, отражающую текущее соотношение спроса и предложения, дифференциацию по качеству и потребительские предпочтения.

  Для животноводов, особенно мелких хозяйств, такая прозрачность имеет преобразующее значение: она снижает информационную асимметрию, при которой ранее торговцы могли эксплуатировать изолированных производителей. При наличии известной рыночной цены фермеры могут вести более выгодные переговоры о закупках непосредственно с хозяйства, с большей определённостью планировать производственные циклы и получать кредиты от финансовых институтов, принимающих скот в качестве залога на основе верифицируемых рыночных стоимостей.

  Для предприятий по производству говядины прозрачное ценообразование позволяет точно рассчитывать маржинальность откормочных площадок, принимая обоснованные решения о закупке молодняка или придержании животных.

  2. Доступ к рынкам и коммерциализация мелких хозяйств. Во многих развивающихся регионах животноводство переходит от натурального к товарному производству. Наличие доступных рынков скота является важнейшим катализатором этого перехода. Надёжный канал сбыта превращает скот из пассивного хранилища стоимости в активный источник дохода. Это стимулирует фермеров инвестировать в улучшение зоотехнии, кормления и ветеринарного обслуживания, поскольку животные высокого качества получают премиальную цену. 

   При отсутствии рынка нет стимула производить более тяжёлых и здоровых животных, и фермерство остаётся низкозатратной деятельностью на грани выживания. Таким образом, организованные рынки создают коммерческий импульс, стимулирующий рост производительности на уровне домашних хозяйств.

   3. Содействие генетическому улучшению и восстановлению стада. Рынки скота служат физическими площадками для распределения в том числе племенного материала — высокопродуктивных быков-производителей и ремонтных тёлок — по территории. Для развития животноводства это имеет фундаментальное значение: мелкий фермер может получить доступ к улучшенной генетике, приобретая на рынке чистопородного быка, вместо того чтобы полагаться на неконтролируемое местное воспроизводство.

   Аналогично, рынки позволяют восстанавливать поголовье после засух или эпизоотий. Предприятия по производству говядины используют специализированные рынки племенного скота для постоянного улучшения стада по таким признакам, как скорость роста, эффективность конверсии корма и качество туши.

  Таким образом, рынок функционирует как узел передачи генетического прогресса от производителей племенного материала к коммерческим хозяйствам, ускоряя общее генетическое совершенствование национального стада.

  4. Специализация и интеграция цепочки создания стоимости говядины. Современное производство говядины характеризуется высокой сегментацией: хозяйства по схеме корова-теленок, доращивание молодняка, откормочные площадки и перерабатывающие предприятия. Такая специализация невозможна без динамичных промежуточных рынков скота. Производитель телят в зоне пастбищного животноводства не обязан доращивать животных до убойного веса: он реализует отъёмышей через рынок доращивающему хозяйству или откормочной площадке, расположенной в зернопроизводящем регионе.

   Рынки позволяют каждому предприятию фокусироваться на своих сравнительных преимуществах, существенно повышая общую эффективность системы. Для развития отрасли говядины необходим ликвидный рынок молодняка, обеспечивающий непрерывный оборот и снижающий финансовые риски содержания животных в нерентабельные периоды.

   Форвардные контракты и фьючерсные рынки — продвинутые формы торговых площадок — позволяют откормочным хозяйствам хеджировать ценовые риски, стабилизируя их деятельность и стимулируя инвестиции.

   5. Стандартизация качества и добавленная стоимость. Организованные рынки скота, особенно внедряющие системы классификации, стимулируют производство, ориентированное на качество. Когда животные оцениваются по живой массе, экстерьеру и упитанности, это посылает фермерам чёткий сигнал о рыночных требованиях. Это способствует внедрению улучшенных режимов кормления и управленческих практик для достижения более высоких классов и, соответственно, более высоких цен. 

   Для предприятий по производству говядины стабильный доступ к скоту с известными качественными характеристиками через рынки снижает затраты на закупку и позволяет поставлять брендовую говядину. Этот рыночный стимул к повышению качества является мощным фактором перехода всего сектора от товарной модели к модели с добавленной стоимостью. 

   6. Управление рисками и социальные механизмы защиты. Для скотоводческих и смешанных фермерских сообществ рынки скота служат важным инструментом управления рисками. В периоды засухи или неурожая возможность оперативно реализовать животных на функционирующем рынке — даже по сниженной цене — обеспечивает денежные средства на текущие задачи, оплату первоочередных нужд, зачастую предотвращая скатывание в банкротство. 

   Крайне важно то, что рынки должны быть интегрированы со схемами страхования скота. Для крупных предприятий по производству говядины рынок гарантирует, что активы (скот) являются полностью ликвидными: владелец ранчо может корректировать нагрузку на пастбища в зависимости от кормовой базы, реализуя животных через рынок, что представляет собой важный инструмент экологического и финансового менеджмента.

   7. Стимулирование мультипликативных эффектов в сельской экономике. Влияние рынка скота выходит далеко за рамки непосредственно участвующих фермеров и торговцев. Успешно функционирующий рыночный узел создаёт рабочие места для брокеров, транспортников, поставщиков ветеринарных услуг, продавцов кормов и представителей финансовых служб. Он стимулирует спрос на товары и услуги, поддерживая развитие сельских поселений и формируя налоговую базу для местных органов власти.

   Эта экономическая активность создаёт инфраструктуру и человеческий капитал, которые, в свою очередь, способствуют дальнейшему развитию предприятий животноводства и производства говядины.

   8. Ветеринарные лаборатории и системы мониторинга рисков как неотъемлемый элемент рынка. Функционирование рынков скота как экономического института невозможно без параллельного существования института ветеринарного контроля. Ветеринарные лаборатории, интегрированные в рыночную инфраструктуру, выполняют роль санитарного фильтра и системы раннего предупреждения, обеспечивая биологическую безопасность всей цепочки создания стоимости говядины. 

  Их значение для развития животноводства реализуется через несколько ключевых механизмов. 

  Подтверждение эпизоотического статуса и доступ к рынкам. Рынки являются местами высокой концентрации животных из разных хозяйств, что создает идеальные условия для передачи инфекций. Лабораторная диагностика (серологические тесты, ПЦР-скрининг) непосредственно на пунктах сбора или в прикрепленных стационарных лабораториях позволяет в режиме реального времени верифицировать статус животных по экономически значимым болезням — бруцеллезу, лейкозу и прочим. Без такого контроля рынок из инструмента развития превращается в механизм распространения эпизоотий. 

   Для предприятий по производству говядины гарантированное лабораторное тестирование входящего потока скота является критическим фактором биобезопасности откормочных площадок, снижая риски заноса инфекций, способных обрушить всю производственную программу. 

   Защита репутации и доступ к экспортным рынкам. Современная международная торговля говядиной базируется на принципах регионализации и компартментализации, требующих строгого лабораторного подтверждения эпизоотического благополучия. Рынки скота, оснащенные аккредитованными лабораторными пунктами, становятся узлами верификации прослеживаемости «от фермы до тарелки». Способность задокументировать отрицательные результаты тестов на каждом этапе перемещения животных формирует доверие со стороны стран-импортеров. 

  Таким образом, лабораторная инфраструктура рынков превращается из статьи операционных издержек в стратегический актив, открывающий доступ к премиальным экспортным сегментам для всей национальной отрасли. 

   Санитарный фильтр. Как отмечалось ранее, рынки служат узлами распространения скота, однако вместе с животными могут бесконтрольно передаваться и возбудители болезней, таких как вирусная диарея крупного рогатого скота (BVDV) или инфекционный ринотрахеит (IBR), латентное носительство которых сводит на нет экономический эффект. 

   Обязательное лабораторное тестирование быков-производителей и ремонтных телок перед допуском к торгам превращает рынок в инструмент очищения популяции, гарантируя, что генетический прогресс сопровождается прогрессом санитарным. 

   Основа для страхования и кредитования рисков. Лабораторный мониторинг на рынках генерирует массивы объективных данных о распространенности болезней в регионе. Эта информация незаменима для актуарных расчетов при разработке продуктов страхования скота и позволяет финансовым институтам точнее оценивать риски при кредитовании животноводов под залог животных, прошедших лабораторный контроль. 

   Рынки без ветеринарной верификации оперируют «котом в мешке», что снижает их инвестиционную привлекательность. 

   Переход от реагирования к надзору. Наличие лабораторной службы при рынках трансформирует саму парадигму ветеринарной защиты: от пассивного выявления вспышек к активному риск-ориентированному надзору. Пробы, отбираемые в процессе предпродажного осмотра, формируют постоянно обновляемую картину циркуляции патогенов, позволяя национальным ветеринарным службам прогнозировать и упреждать эпизоотические угрозы, защищая тем самым долгосрочные инвестиции в развитие мясного скотоводства.

   Заключение.  Рынки торговли скотом — это не просто точки торговли; это комплексная институциональная инфраструктура, обеспечивающая инвестиции, инновации и рост в животноводстве. Их экономическая эффективность неразрывно связана с санитарной защищенностью: ветеринарные лаборатории и системы мониторинга рисков являются не вспомогательной опцией, а фундаментальным условием существования рынка, гарантирующим, что интенсивный товарооборот не приведет к катастрофическим потерям. 

   Рынки предоставляют экономические сигналы, направляющие производство; физическую платформу для распространения генетических улучшений, пропущенную через санитарный фильтр; механизм передачи рисков, подкрепленный лабораторной верификацией; и коммерческий стимул, превращающий фермера в предпринимателя. 

   Для стран, стремящихся создать конкурентоспособную отрасль производства говядины, целенаправленное развитие прозрачных, доступных и биологически безопасных рынков с обязательным лабораторным сопровождением должно стать краеугольным камнем стратегии сельскохозяйственного развития. 

    Без них разведение скота остается занятием; с ними — оно становится бизнесом, защищенным от эпизоотических катастроф.Подготовлено - Евразийский Мясной Союз

 Мясное скотоводство традиционно воспринимается как один из базовых секторов агропромышленного комплекса. Однако в странах с развитой отраслью оно давно вышло за рамки простого производства продовольствия, превратившись в многоуровневую систему, влияющую на макроэкономические показатели, занятость на селе, экспортные потоки и даже геополитический вес государств. 

 На фоне мировых лидеров российское мясное скотоводство демонстрирует сложную динамику, где природный потенциал соседствует с системными вызовами.В экономиках стран с развитым мясным скотоводством отрасль выполняет комплексную социально-экономическую функцию. Масштаб её влияния наглядно демонстрирует статистика ведущих производителей. 

 В США животноводческий сектор объединяет около 2 млн фермерских хозяйств с совокупной годовой выручкой порядка $270 млрд (данные на 2024 год)¹. Эта сумма сопоставима с ВВП многих средних государств и подчёркивает прямое влияние отрасли на национальную экономику. 

 В таких странах, как Кения, мясное скотоводство обеспечивает в среднем 65% всех доходов от животноводства, а цепочка создания стоимости говядины поддерживает средства к существованию для 10 млн человек. В 2023 году в отрасли было занято почти 55 тыс. наёмных работников (19% всей занятости в АПК страны), причём 92% рабочих мест создано частным сектором, что свидетельствует о высокой предпринимательской активности². 

 Экспортный потенциал отрасли превращает её в инструмент глобального экономического влияния. Мировые лидеры по производству говядины (США, Бразилия, Китай, Индия, Аргентина) активно используют отрасль для укрепления позиций на международных продовольственных рынках. 

 Австралия целенаправленно наращивает поставки, заполняя ниши, образовавшиеся из-за сокращения производства в США и Европе, а Бразилия, несмотря на оптимизацию поголовья, сохраняет доминирование на ключевых региональных рынках. 

 Государства, добившиеся успехов в мясном скотоводстве, рассматривают его как стратегическую отрасль, требующую системного государственного участия. При этом модели поддержки варьируются в зависимости от экономических и политических задач: 

  - США: агрессивная торговая экспансия. В 2026 году запущена программа America First Trade Promotion Program, направленная на продвижение американской говядины за рубежом, расширение рынков сбыта и защиту позиций в условиях высокой конкуренции и торговых барьеров³. 

  - Китай: протекционизм и самообеспеченность. Столкнувшись со снижением рентабельности в животноводстве, КНР с 1 января 2026 года ввела защитный режим: квотирование импорта по странам и 55-процентную дополнительную пошлину за его превышение. Мера, рассчитанная до 2028 года, демонстрирует готовность государства ставить социально-экономическую стабильность для местных фермеров выше принципов свободной торговли⁴. 

  - Канада: фокус на переработке. Канадский мясной совет лоббирует федеральную программу помощи малым и средним мясопереработчикам, столкнувшимся с дефицитом сырья и ростом издержек. Правительство рассматривает меры по стабилизации их работы, сохранению региональных мощностей и поддержанию занятости⁵. 

  Общий вывод: в странах с развитым скотоводством государство не устраняется от решения проблем поддержки, а активно формирует условия роста, используя инструменты от прямых субсидий до жёсткого протекционизма и инфраструктурных инвестиций. 

    Положение мясного скотоводства в России: дисбалансы и вызовы.

    На фоне мировых лидеров российский сегмент мясного скотоводства выглядит неоднозначно. Общее производство мяса в РФ в 2024 году достигло 16,9 млн тонн (план на 2030 год — 19,8 млн тонн), однако за этими цифрами скрывается структурный перекос: доля говядины составляет лишь 13% от общего объёма, тогда как мясо птицы занимает 46%, а свинина — 39% (остальные 2% приходятся на баранину, конину и иные виды мяса)⁶. 

   Это прямое следствие исторической ориентации на молочное направление и приоритета инвестиций в быстровозвратные отрасли.В 2025 году производство говядины в России сократилось на 4,6% (до 1,566 млн тонн в убойном весе), причём наиболее резкий спад зафиксирован в личных подсобных хозяйствах (-5,3%). Ключевой проблемой остаётся устойчивое сокращение поголовья: на 1 января 2026 года общее поголовье КРС составило 15,8 млн голов (-2,9% за год), поголовье коров уменьшилось до 7,3 млн (-3,6%)⁷. Для покрытия внутреннего дефицита страна ежегодно импортирует свыше 300 тыс. тонн говядины, и есть все основания ожидать сохранения или роста этих объёмов. 

   Структурные ограничения включают отсутствие синергии между молочным и мясным скотоводством, нехватку крупных специализированных откормочных площадок и логистической инфраструктуры. Импортозависимость в сегменте промышленной переработки и HoReCa достигает ~40%: основные поставки замороженного мяса идут из Бразилии, охлаждённого — из Беларуси, а в 2025 году почти вдвое выросла доля Индии. На фоне сокращения внутреннего производства цены уверенно растут: в феврале 2026 года оптовая цена достигла 466,8 руб./кг (+8,6% г/г), и эксперты прогнозируют сохранение высокого ценового тренда⁸. 

   Одним из сдерживающих факторов остаётся дефицит качественной кормовой базы, особенно протеиновых компонентов и заготовленных кормов длительного хранения. Менее 15% поголовья КРС в РФ относится к специализированным мясным породам, что напрямую влияет на привесы, выход мяса с головы и себестоимость продукции. Зависимость от импорта племенного материала и ветеринарных препаратов усиливает валютные риски и снижает рентабельность откорма. 

  Кроме того, без создания кооперационных откормочных площадок и упрощённых схем взаимодействия ЛПХ с переработчиками малые формы хозяйствования продолжат деградировать, перекладывая нагрузку на федеральный бюджет. 

   Насколько эффективно Россия использует отрасль для собственного развития? 

   Вопрос использования потенциала мясного скотоводства для развития России не имеет однозначного ответа. С одной стороны, государство сохраняет высокий уровень финансовой поддержки животноводства, действуют программы льготного кредитования и компенсации капитальных затрат, а общая самообеспеченность страны мясом превышает 100%. Однако это достижение обеспечено исключительно птицеводством и свиноводством. 

   Мясное скотоводство остаётся наиболее капиталоёмкой подотраслью с длительными сроками окупаемости, что делает её менее привлекательной для частных инвесторов. Инвестиционная активность смещена в молочное направление, которое в 2025 году впервые за 15 лет показало спад производства, сигнализируя об исчерпании ресурсов для экстенсивного роста. 

   На фоне ужесточения экологических стандартов на экспортных рынках (включая учёт углеродного следствия продукции и требования к сертификации) Россия рискует упустить возможность монетизации регенеративных пастбищных практик и низкоуглеродной говядины, особенно в направлениях экспорта в страны Глобального Юга и Азии.Таким образом, потенциал отрасли используется не в полной мере.

   Упор на быструю окупаемость создал глубокий структурный отраслевой перекос, который теперь требует системных усилий по исправлению. Без создания современной производственно-логистической инфраструктуры, стимулирования инвестиций в развитие маточного поголовья КРС мясных пород и формирования долгосрочных гарантий для инвесторов Россия рискует окончательно закрепиться на периферии мирового рынка говядины, несмотря на наличие уникальных агроклиматических и земельных ресурсов. 

   Опыт США, Бразилии, Австралии, Китая и развивающихся экономик доказывает: развитое мясное скотоводство — это не просто производство продовольствия, а многоуровневый инструмент обеспечения продовольственной безопасности, массовой занятости на селе, экспортных доходов и устойчивости сельских территорий. Активная государственная политика в этой сфере является мировой нормой, причем с прицелом не столько на производство мяса, сколько на благополучие занятого населения сельских территорий ориентированных на экспортную составляющую. 

   Россия, демонстрируя общий рост мясного производства, в сегменте говядины пока движется по инерционному пути, сталкиваясь с сокращением поголовья, падением выпуска и растущей импортозависимостью. Для превращения мясного скотоводства в реальный драйвер экономического развития стране необходимы не только финансовые вливания, но и глубокая структурная трансформация. 

   Только в этом случае отрасль сможет раскрыть свой потенциал и стать одним из столпов устойчивой экономики российских регионов. 

 Ссылки на материал использованный в статье: ¹ USDA ERS, *Farm Income and Wealth Statistics*, 2024; FAOStat, 2024. ² Kenya National Bureau of Statistics, *Agriculture Sector Survey 2023*; Ministry of Agriculture, Kenya. ³ U.S. Meat Export Federation (USMEF), *Trade Policy Report 2026*. ⁴ General Administration of Customs China, *Tariff & Quota Announcement No. 14/2025*; USDA GAIN Report CN2026-01. ⁵ Canadian Beef Cattle Information Council, *Small Processor Support Initiative*, 2025. ⁶ Росстат, *Сельское хозяйство, охота и лесоводство в России*, 2024; Минсельхоз РФ, *Доклад о состоянии АПК*, 2025. ⁷ Росстат, оперативные данные по поголовью КРС на 01.01.2026; Минсельхоз РФ, *Ежемесячный мониторинг животноводства*, февраль 2026. ⁸ Аналитический центр при Правительстве РФ, *Ценовой мониторинг продовольственного рынка*, февраль 2026; FAO AMIS Meat Monitor, 2026.

   Вице-министр сельского хозяйства Амангалий Бердалин провел встречу с Чрезвычайным и Полномочным Послом Федеративной Республики Бразилия в Республике Казахстан Марсело Фортуна Биато.В ходе переговоров стороны обсудили текущее состояние и перспективы двустороннего сотрудничества в агропромышленном комплексе, с акцентом на развитие животноводства. 

   Отмечено, что товарооборот в сфере АПК между двумя странами составил 89,5 млн долларов США, продемонстрировав рост на 10%. 

   Вице-министр отметил, что по поручению Главы государства разработан Комплексный план развития животноводства.«В рамках реализации плана запущена новая программа льготного кредитования для развития животноводства со ставкой вознаграждения 6% годовых. Кредитные средства планируется направить на приобретение поголовья сельскохозяйственных животных, повышение производственной эффективности хозяйств. Ожидается, что запуск программы станет важным инструментом государственной поддержки аграриев и придаст дополнительный импульс развитию животноводства в Казахстане», - сказал он. 

   Отдельное внимание было уделено вопросам научно-технологического сотрудничества. В частности, НАО «Национальный аграрный научно-образовательный центр» выразило заинтересованность в развитии партнерства с бразильской стороной, включая изучение системы аграрной науки Бразилии и опыта коммерциализации научных разработок, а также выработку предложений по совершенствованию аграрной науки Казахстана. 

   Стороны также обсудили возможности стажировок казахстанских ученых, проведение совместных исследований на базе исследовательских институтов EMBRAPA, трансферт технологий и привлечение бразильских экспертов с возможным софинансированием.Кроме того, обозначен взаимный интерес к сотрудничеству в сфере внедрения бразильского опыта в строительстве современных ферм в птицеводстве и животноводстве, развитии систем хранения и переработки зерна, механизации сельского хозяйства, а также подготовки и обучения персонала работе с современной сельскохозяйственной техникой. 

   По итогам встречи стороны подтвердили готовность к дальнейшему расширению партнерства и реализации совместных проектов в аграрной сфере.

   В России отрасль скотоводства больше сфокусирована на молочном направлении, в то время как мясное находится в стадии становления, в связи с чем промышленное производство говядины пока ограниченоСкотоводство является одним из важнейших направлений животноводства, поскольку обеспечивает потребителей не только мясом, но и молочными продуктами, которые в нашей стране традиционно относятся к числу социально значимых. 

  В России отрасль скотоводства больше сфокусирована на молочном направлении, в то время как мясное находится в стадии становления, в связи с чем промышленное производство говядины пока ограничено. Так, в 2025 году наибольший объем мяса крупного рогатого скота (46%) был получен в хозяйствах населения, на долю сельскохозяйственных организаций пришлось 41%, а доля крестьянско-фермерских хозяйств составила 13%, по данным аналитического агентства EMEAT. 

  До сих пор большая часть производимой говядины – выбраковка и откорм скота молочных пород, обращают внимание на проблему в Национальном союзе производителей говядины. Мясное скотоводство остается наиболее затратной подотраслью животноводства. Ее отличают более долгие, в сравнении с свиноводством и птицеводством, сроки окупаемости, высокая себестоимость конечного продукта. Инвестиционная активность в последнее время больше ориентирована на развитие молочного направления.Поголовье КРС продолжает сокращаться.

  Одно из важнейших показателей состояния отрасли – численность поголовья крупного рогатого скота (КРС). Динамика численности КРС в нашей стране позволяет говорить об устойчивой негативной тенденции, которая сохранилась и в 2025 году (рис. 1).

  Так, по состоянию на 1 января 2026 года во всех категориях хозяйств поголовье КРС насчитывало 15,8 млн голов, что на 2,9%, или на 475 тыс. голов меньше, чем годом ранее. Поголовье коров снизилось до 7,3 млн, сократившись за год на 3,6%. В организованном секторе, где содержится 47% скота, темпы снижения численности животных оказались ниже (-0,6%) – поголовье сокращается преимущественно в хозяйствах населения. 

  Поголовье КРС во всех категориях хозяйств России, млн головВ 2025 году прирост поголовья КРС наблюдался в сельхозорганизациях четырех федеральных округов: 

   Северо-Западного – на 3,7% (+20,8 тыс. голов), Приволжского – на 0,2% (+4,7 тыс. голов), Северо-Кавказского – на 0,6% (+1,5 тыс. голов) и Уральского – на 0,1% (+0,3 тыс. голов). 

   В остальных округах численность скота в организованном секторе снизилась, причем заметнее всего в Центральном регионе – на 26,5 тыс. голов, а также в Сибири – на 25,1 тыс. голов. 

   В перспективе ближайших 20 лет Россия не сможет прийти к развитому и зрелому рынку этого вида мяса из-за дефицита инвестиций и специалистов, констатирует гендиректор Национального союза производителей говядины Роман Костюк. Так, только для закрытия внутренних потребностей поголовье скота должно вырасти на 4 млн животных, считает эксперт. 

   Объемы производства снижаютсяВ 2025 году производство говядины в России сократилось, что напрямую связано с падением общей численности поголовья скота – по сравнению с 2024-м годом объем выпуска в хозяйствах всех типов снизился на 4,6% (-75,5 тыс. тонн). В результате итоговый показатель 2025 года сократился до 1 млн 566 тыс. тонн в убойном весе, подсчитали аналитики EMEAT. Таким образом, доля говядины в общем объеме производства мяса в России составила 13%, на отечественном мясном рынке по-прежнему преобладают мясо птицы (46%) и свинина (39%). 

   «Рассматривая производство говядины в долгосрочном периоде, отметим, что за 10 лет выпуск сократился на 4,5%. В 2024 году производство говядины в стране несколько возросло (+0,7%) и составило 1 млн 670 тыс. тонн в убойном весе. Рост произошел за счет увеличения выпуска в сельхозорганизациях и КФХ – на 4,6% и 2,6%, соответственно. Однако 2025 год продолжил негативный тренд – производственный показатель снизился», – комментирует генеральный директор информационно-аналитического агентства EMEAT Оксана Михеева.Если рассматривать структуру производства по типам хозяйств, то самая неблагополучная ситуация наблюдалась в личных хозяйствах населения: в них показатель сократился за год на 5,3% (-40,6 тыс. тонн) – до 719 тыс. тонн. Схожая динамика и в крестьянско-фермерских хозяйствах: там выпуск снизился на 4,2% (-9,1 тыс. тонн) – до 207 тыс. тонн. 

   В индустриальном сегменте годовой показатель составил 639 тыс. тонн, что на 3,9% (-25,8 тыс. тонн) меньше, чем в 2024-м.В разрезе регионов производство говядины по итогам 2025 года увеличилось только в двух федеральных округах: в Северо-Кавказском – на 1,3% (+2,2 тыс. тонн) и Северо-Западном – на 1,7% (+0,9 тыс. тонн), данные приводятся для всех типов хозяйств (рис. 2.). 

   В остальных округах производство демонстрировало отрицательную динамику – прежде всего в Центре (-5,7%; -19,1 тыс. тонн) и Сибири (-9,2%; -20,2 тыс. тонн), а также в Поволжье (-3,9%; -17,3 тыс. тонн), на Юге (-4,3%; -11,3 тыс. тонн), Урале (-11%; -7,6 тыс. тонн) и Дальнем Востоке (-4%; -3,2 тыс. тонн).Рис. 2. 

   Производство говядины в убойном весе во всех категориях хозяйств по федеральным округам России в 2024-2025 гг., тыс. тоннПо производству говядины в России лидирует Поволжье – 27% и Центральный регион – 20%, на третьем месте – юг страны, на который приходится 16% от всего объема продукции, что отражено на рис. 3. 

   Что касается производства мяса КРС в индустриальном сегменте, то ситуация выглядит иначе: на первом месте по объему выпуска находятся животноводческие комплексы Центрального региона – 38%, за ними следуют предприятия Поволжья – 27%, на третьем месте – сельхозорганизации Сибири – 12% (рис. 4). 

    В Центральном федеральном округе распложены производственные площадки крупных агрохолдингов, таких как «Мираторг» (ООО «Брянская мясная компания»), который развивает мясное скотоводство полного цикла, ГК «Заречное» и других. 

   Рост цен – общемировой трендВ 2025 году средняя стоимость говядины на российском рынке уверенно росла как в оптовом, так и розничном сегменте на фоне возрастающих издержек и сокращения производства. По оценке экспертов, в прошлом году говядина показала более выраженное увеличение стоимости, чем свинина и курятина. 

   Кроме того, нужно учитывать и тот факт, что тенденция роста цен на говядину в последнее время носит общемировой характер.В 2026 году прогнозируется сохранение высоких цен на говядину в России, которая остается для рядовых потребителей одним из самых дорогих видов мяса. По данным мониторинга EMEAT, к концу февраля стоимость говядины в полутушах от отечественных производителей в оптовом сегменте составила 466,8 руб. за килограмм, что на 3,9% выше в месячном исчислении и на 8,6% – в годовом. 

   По свинине и мясу птицы российский мясной сектор давно достиг уровня 100% самообеспеченности, в то время как говядина по-прежнему в значительных объемах ввозится из-за рубежа. Доля импортной продукции составляет около 50% от внутреннего производства в индустриальном сегменте, по оценке Национального союза свиноводов.Основным поставщиком говядины в Россию является Бразилия, откуда поступает преимущественно замороженное мясо КРС и субпродукты. Охлажденная продукция импортируется главным образом из Республики Беларусь. 

   «Заметное место стала занимать Индия, она увеличила свою долю на российском рынке почти в два раза в 2025 году», – обращает внимание глава Национальной мясной Ассоциации Сергей Юшин.Доля говядины в структуре внешних поставок незначительна и не превышает 5%, по оценке EMEAT. 

    По данным Россельхознадзора, в 2025 году экспорт говядины из России составил 33,3 тыс. тонн. Основным покупателем стал Китай – 18,5 тыс. тонн, что на 5,6% больше, чем годом ранее. Саудовская Аравия нарастила импорт на 16,2% до 5,6 тыс. тонн. Экспорт живого крупного рогатого скота в Узбекистан составил 106,6 тыс. голов, в Киргизию – 24 тыс. голов, в Азербайджан – 63,8 тыс. голов.

По материалам информационно-аналитического агентства EMEAT

 Квоты на импорт в Китае и сокращение поголовья в ряде стран могут изменить глобальные торговые потоки и усилить ценовую волатильность.

  Мировой рынок говядины в 2026 году будет развиваться в условиях ограниченного предложения и растущей ценовой волатильности. Существенное влияние на торговые потоки окажет введение Китаем импортных квот на говядину в конце 2025 года.

  Об этом говорится в квартальном обзоре Rabobank Global Beef Quarterly за первый квартал 2026 года.По оценкам аналитиков банка, новые ограничения на импорт в Китае способны заметно изменить структуру мировой торговли говядиной и усилить нестабильность на рынке в течение текущего года.

  В исследовании отмечается, что последствия этой меры будут ощущаться не только в Китае, но и среди крупнейших стран-поставщиков говядины на мировой рынок.При этом мировые цены на крупный рогатый скот продолжают расти. Даже в Северной Америке, где в конце 2025 года наблюдалось кратковременное снижение цен, в 2026 году вновь сформировалась восходящая динамика.

  Основным фактором роста остается ограниченное предложение. Для стран Северного полушария характерен дефицит поголовья, а в странах Южного полушария цены также постепенно растут под влиянием глобального дефицита говядины.Дополнительное давление на предложение оказывают сокращающиеся объемы производства в ряде ключевых регионов.

  По сравнению со средними показателями за период 2021–2025 годов, производство говядины снижается в США, Новой Зеландии и Европе. Согласно данным по поголовью крупного рогатого скота, опубликованным в США в начале февраля, численность коров мясных пород в стране достигла минимального уровня за последние 75 лет.

  Аналитики RaboResearch ожидают, что к середине 2026 года совокупное производство говядины у крупнейших мировых поставщиков окажется ниже средних значений за последние пять лет.В то же время Бразилия начала год с рекордных объемов экспорта говядины в январе, что поддержало спрос на рынках Северного полушария.

  Однако эксперты Rabobank прогнозируют, что в течение 2026 года экспортные поставки из Бразилии могут сократиться. Дополнительным фактором давления могут стать новые китайские импортные квоты, которые способны привести к более заметному снижению производства говядины в стране.

  На фоне общей тенденции к сокращению предложения Австралия остается одной из немногих стран, где объемы производства сохраняются относительно стабильными и остаются выше среднего уровня за последние пять лет.

  В результате мировой рынок говядины в 2026 году, по прогнозам аналитиков, будет характеризоваться ограниченными запасами, изменением торговых потоков и повышенной ценовой волатильностью. 

 агентство EMEAT

 Стоимость говядины в мире впервые с 1960 года превысила 8 долларов за килограмм, следует из анализа РИА Новости данных Всемирного банка. 

 Основными причинами такой динамики стало сокращение мирового производства, а также рост спроса на белок в мире, заявил агентству старший аналитик "БКС Мир инвестиций" Адам Абдулатипов.Мировые цены на говядину растут второй месяц подряд, при этом в феврале они прибавили 2% по сравнению с январем и 23% по сравнению с февралем прошлого года. В результате стоимость одного килограмма мяса подскочила до 8,12 доллара, что стало новым максимумом с 1960 года (более ранних данных нет). 

 Аналитик отметил, что такая динамика цен - результат одновременного воздействия нескольких факторов, прежде всего со стороны предложения."Ключевым триггером стало сокращение мирового производства. В США поголовье крупного рогатого скота опустилось до минимальных уровней с начала 1950-х годов. При этом спрос со стороны американских потребителей остается относительно устойчивым. Это привело к росту импорта говядины в США и усилило конкуренцию за объемы на мировом рынке", - пояснил Абдулатипов. 

  Дополнительным фактором стала ситуация в Австралии, где после засухи 2018-2019 годов и массового забоя скота страна перешла в фазу восстановления стада. Это означает, что значительная часть животных оставляется для разведения, а не направляется на убой, что временно ограничивает экспортные поставки, указывает он. 

  "Важно учитывать и специфику отрасли: производство говядины - это бизнес с длинным инвестиционным циклом. От увеличения поголовья до роста фактических объемов поставок проходит несколько лет, поэтому рынок не способен быстро отреагировать на ценовые сигналы и восстановить баланс", - указал он.

  Наконец, по словам аналитика, сейчас идет тренд на белковые продукты в мире, одновременно продолжается рост населения в развивающихся регионах и увеличивается потребление белка на душу населения в развитых странах.

Источник: https://1prime.ru

 Уважаемые коллеги и специалисты отрасли! 

 Приглашаем вас принять участие в международной конференции «Ресурсное обеспечение отрасли животноводства для повышения эффективности и конкурентоспособности», которая состоится 09 апреля 2026 года в городе Ереван, Best Western Plus Congress Hotel, ул. Италии, д. 1.

 Мероприятие проводится при поддержке Департамента агропромышленной политики Евразийской экономической комиссии и организовано Евразийским Мясным Союзом совместно с ООО «ДНК Технология».

 Цель конференции – ознакомить участников с современными подходами, инновациями и технологиями в сфере мясного скотоводства, а также обсудить вопросы развития инфраструктуры и внедрения цифровых решений для повышения эффективности и конкурентоспособности отрасли.

 В рамках мероприятия планируются обсуждения по следующим ключевым темам:

 •Значение безопасного экспорта для системного развития животноводства и привлечения инвестиций.

 •Современная инфраструктура в мясном скотоводстве на базе скотных рынков и откормочных площадок.

 •Формирование индустриального оборота сельскохозяйственных животных и экспортно-импортных операций на цифровой платформе.

 • Современные решения для мониторинга здоровья сельхоз и домашних животных, включая лабораторный экспресс-мониторинг и роботизированные комплексы.

 Конференция станет отличной площадкой для профессионального обмена опытом, установления 

деловых контактов и ознакомления с передовыми технологиями мировых лидеров в животноводстве. Участие в мероприятии откроет новые возможности для внедрения современных решений в вашем бизнесе и развития сельской территории.

Поддержка и участники Конференции:

24 февраля 2026.

 Министерство сельского хозяйства сообщает, что распространяемая в отдельных СМИ информация о якобы закрытии внешних рынков для экспорта говядины не соответствует действительности. 

 Прежде всего отмечаем, что решения о введении ограничительных мер в сфере внешней торговли принимаются не единолично.В соответствии с действующим законодательством такие решения относятся к компетенции Межведомственной комиссии (МВК), в состав которой входят несколько государственных органов, включая Министерство торговли и интеграции, а также Агентство по защите и развитию конкуренции и НПП «Атамекен». 

  Таким образом, решения о введении или изменении экспортных режимов принимаются коллегиально, на основе всестороннего анализа ситуации и предложений всех членов МВК.

  Также напоминаем, что решением МВК от 29 августа 2025 года был введен не запрет, а механизм квотирования экспорта говядины в объеме 13 тыс. тонн до конца 2025 года.

   Далее решением МВК от 18 декабря 2025 года квотирование продлено на первое полугодие 2026 года в объеме 20 тыс. тонн.В этой связи считаем утверждения о «запрете» экспорта некорректными и не отражающими фактического положения дел.

   Добавим, что на сегодняшний день доступ к экспортным рынкам имеют ряд предприятий, поэтому МСХ направлены предложения о необходимости расширения круга экспортеров путем пересмотра механизма распределения квот. 

   Кроме того, по мере реализации кредитных инструментов, предусмотренных Комплексным планом развития животноводства, планируется поэтапное снятие действующих ограничений. Это позволит увеличить производственные мощности, расширить экспортный потенциал отрасли и обеспечить баланс между внутренним рынком и внешними поставками.

   Министерство сельского хозяйства Республики Казахстан продолжает работу по созданию прозрачных и справедливых условий для всех участников рынка, обеспечивая при этом продовольственную безопасность страны и устойчивое развитие животноводства. 

На текущий момент (начало 2026 года) официальная статистика на конец 2025 и начало 2026 года представляет собой прогнозные значения, так как фактические данные будут собраны и опубликованы статистическими ведомствами (Росстат, ЕЭК) позже, по завершении обработки всех доступных данных.
 
Ниже приведен обзор ожидаемых показателей, основанный на текущих трендах развития животноводства в странах ЕАЭС и государственных программах развития АПК.

 1. Россия: Прогноз поголовья КРСВ России наблюдается структурная трансформация: поголовье в личных подсобных хозяйствах (ЛПХ) сокращается, в то время как в крупных сельскохозяйственных организациях (СХО) оно стабилизируется или растет за счет высокопродуктивных пород.В сельскохозяйственных организациях на декабрь 2025 г. насчитывалось 7,39 млн голов КРС (включая 3 млн коров), что на 0,6% меньше, чем в декабре 2024 г.  Факторы: Реализация нацпроектов по экспорту продукции АПК и субсидирование молочного животноводства позволяют удерживать общую численность скота от резкого падения, несмотря на изменения в животноводстве малых и средних форм предпринимательства.

 2. Страны ЕАЭС: Ожидаемые показателиСтраны ЕАЭС демонстрируют разную динамику. 
Казахстан и Киргизия являются лидерами по темпам роста мясного табунного и пастбищного животноводства.Прогноз численности КРС (все категории хозяйств) к началу 2026 года:
 Казахстан: ~8,1 – 8,3 млн голов. Правительство Казахстана утвердило план развития животноводства на 2026–2030 гг. с целевым показателем увеличения поголовья КРС до 12 млн голов к 2030 году 
 Беларусь: ~ 3,9 – 4,1 млн голов. Ожидается сохранение стабильности, так как отрасль сильно централизована и ориентирована на переработку молока. 
 Киргизия: ~1,8 – 2,1 млн голов. Продолжится умеренный рост за счет частного сектора. Страна активно импортирует КРС из России: за 11 месяцев 2025 г. закуплено 22,84 тыс. голов на $7,39 млн.
 Армения: ~0,55 – 0,6 млн голов. Возможна небольшая стагнация или незначительный рост при поддержке племенного дела. Статистический комитет Армении провел сплошной учет скота по состоянию на 1 января 2025 года (armstat.am), но конкретные цифры по КРС в доступных источниках не приводятся.

 3. Общие тренды в регионе ЕАЭСК концу 2025 года эксперты выделяют три ключевых фактора, которые будут определять цифры:Интенсификация: Переход от «количества голов» к «количеству мяса/молока с одной головы». Общее поголовье может падать, но объемы производства продукции будут расти. 

 Цифровизация: Внедрение систем обязательной маркировки и учета животных (например, система «Хорриот» в РФ) сделает статистику к 2026 году более прозрачной, что может привести к «корректировке» цифр (выявлению приписок или неучтенного скота). 

 Кормовая база: Цены на зерновые и концентраты в сезоне 2024/25 напрямую повлияли на решение фермеров о сохранении или забое маточного поголовья к концу 2025 года. 

 Итоговая таблица (сводный прогноз) 

Оценочные данные на основе отчетов Евразийской экономической комиссии (ЕЭК)  Важно отметить: Официальные итоговые данные на 1 января 2026 года по всем странам ЕАЭС могут быть опубликованы с задержкой. Приведенные цифры основаны на последних доступных отчетах национальных статистических ведомств и ЕЭК. Тенденция 2025 года для России и Беларуси — снижение поголовья КРС, тогда как Казахстан и Кыргызстан демонстрируют умеренный рост. Точные статистические бюллетени за 2025 год появятся в открытом доступе в марте-апреле 2026 года.

   ЕАЭС 23 января 2026 года в Москве подписано соглашение о расширении евразийской интеграции в АПК. Председателем правления Евразийского Мясного Союза избран Сырым Ертаев МОСКВА, 

    В рамках Международной выставки технологий производства и переработки для профессионалов АПК *AGRAVIA / АГРАВИЯ* (МВЦ «Крокус Экспо», Москва) состоялось подписание соглашения о вступлении Союза животноводов Казахстана в Евразийский Мясной Союз. Документ подписали директор Союза животноводов Казахстана Даурен Салыков и генеральный директор Национального союза производителей говядины Роман Костюк при поддержке Департамента агропромышленной политики Евразийской экономической комиссии (ЕЭК). 

  В тот же день прошло первое общее собрание расширенного Евразийского Мясного Союза, на котором председателем правления единогласно избран Сырым Ертаев. 

  Стратегические цели интеграции Новое объединение ставит своей миссией развитие мясного скотоводства стран ЕАЭС через создание эффективных кооперационных моделей. 

  Основные приоритеты:

 — социально-экономическое развитие сельских территорий и рост доходов населения;

 — рациональное использование возобновляемых природных ресурсов;

 — формирование устойчивых экспортно-ориентированных цепочек создания стоимости — от сельхозпроизводителя до конечного потребителя;

 — поддержка малого предпринимательства и сельских домохозяйств на всех этапах отраслевой цепочки.

  Ключевые задачи Евразийского Мясного Союза:

 1. Формирование единого рынка товаров, услуг и капитала в сфере животноводства и кормопроизводства.

 2. Совершенствование регулирования оборота сельскохозяйственных животных в странах ЕАЭС.

 3. Модернизация таможенного администрирования при перемещении живого скота.

 4. Гарантирование качества и безопасности продукции животноводства.

 5. Создание единого цифрового пространства для прозрачных сделок с поголовьем между странами-участницами.

 6. Развитие экспортного потенциала мясного скотоводства как драйвера роста сельских территорий.

 7. Запуск совместных кооперационных проектов в приоритетных экспортных сегментах.

  Особое внимание будет уделено синхронизации работы породных ассоциаций и племенных палат стран ЕАЭС для взаимного признания генетических оценок, баз данных и документации. Это позволит обеспечить сбалансированную селекцию, сохранить генетическое разнообразие коммерческих стад КРС и напрямую связать генетические программы с коммерческими проектами.

  «Объединение усилий казахстанских и евразийских животноводов открывает новые горизонты для развития отрасли, — отметил Даурен Салыков, директор Союза животноводов Казахстана. — Совместная работа позволит эффективнее использовать природные ресурсы, наладить стабильные экспортные каналы и обеспечить расширенное воспроизводство в секторе на принципах взаимной выгоды». 

  Роман Костюк, генеральный директор Национального союза производителей говядины, подчеркнул: «Евразийская кооперация — это не просто обмен опытом, а создание единой конкурентоспособной системы, способной удерживать позиции на мировом рынке мяса». 

  Евразийский Мясной Союз — отраслевая ассоциация, объединяющая профессиональные союзы и агропромышленные предприятия стран СНГ для развития мясного скотоводства, повышения экспортного потенциала и устойчивого развития сельских территорий.

 В Астане прошло первое общее собрание Союза животноводов Казахстана - нового отраслевого объединения в стране. Участники собрания утвердили состав совета Союза и избрали председателя объединения. По результатам голосования председателем правления стал Сырым Ертаев. 

 В объединение вошли республиканские отраслевые палаты, крупные сельхозтоваропроизводители, откормочные площадки, племенные хозяйства, мясоперерабатывающие предприятия, а также фермерские хозяйства, работающие на разных этапах производственной цепочки — от разведения до переработки и сбыта продукции. 

 «Одним из приоритетных направлений деятельности союза является поддержка малых и средних фермерских хозяйств. Новая площадка позволит фермерам расширить доступ к мерам государственной поддержки, финансированию, отраслевой экспертизе и рынкам сбыта, а также упростит взаимодействие с крупными участниками рынка и развитие кооперации», - отмечает директор Союза животноводов Казахстана Даурен Салыков. 

 В Союзе животноводов озвучили состав правления: 

 директор, постоянный член правления от исполнительного органа Союза - Даурен Салыков,

 представитель республиканских палат по КРС - Бахтияр Утельбаев,

 представитель аналитического направления АПК и животноводства - Бауыржан Разак, 

 представитель откормочных площадок и племенных репродукторов - Азамат Орумбаев, 

 генеральный директор Kusto Agro представитель Республиканской палаты породы овец «Дорпер» (МРС) - Думан Нагашбекулы, 

 представитель фермерского сообщества - Нурсултан Жарылгапов, фермер Улытауской области. 

  На сегодняшний Союз объединяет более 1800 крестьянских хозяйств. «Союз животноводов Казахстана создан для консолидации усилий и защиты интересов всех участников животноводческого сектора. Его формирование стало ответом на запрос профессионального сообщества о необходимости более тесного взаимодействия, координации и выработки единой позиции по стратегическим вопросам развития отрасли», - отметили в объединении. 

  Ожидается, что работа объединения будет способствовать более скоординированному развитию животноводства и укреплению позиций казахстанских производителей на внутреннем и внешних рынках. 

Президент Касым-Жомарт Токаев считает, что обширные степи Казахстана позволяют пасти скот круглый год, и эту возможность нужно использовать правильно. 

«Ранее мы проводили системную работу по развитию земледелия и добились хороших результатов. Теперь следует признать приоритетным направлением животноводство», - сказал глава государства.

  Премьер-министр Правительства Республики Казахстан Олжас Бектенов провел совещание, в ходе которого был одобрен проект Комплексного плана развития животноводства на 2026-2030 годы, разработанный по поручению Главы государства. 

 В Комплексном плане закреплены подходы и механизмы государственной поддержки отрасли, ориентированные на наращивание поголовья, рост продуктивности и расширение экспортного потенциала.По данным Министерства сельского хозяйства, животноводство формирует 39% валовой продукции сельского хозяйства. Отмечается незначительное увеличение поголовья КРС на 2,4% и МРС – на 1,6%. Производство молока составило порядка 3,8 млн тонн с ростом на 5%, объем производства мяса достиг 1,2 млн тонн, что на 2,6% выше уровня прошлого года. 

 Однако при сохраняющемся ежегодном росте валовой продукции на уровне 2–3% текущая динамика в полной мере не раскрывает потенциал отрасли. Реализация Комплексного плана предполагает увеличение численности поголовья крупного рогатого скота с 7,9 до 12 млн голов и мелкого – с 20,2 до 28 млн голов. Также ожидается рост производства мяса с 1,2 до 1,8 млн тонн и двукратное увеличение его экспорта с 82 до 165 тыс. тонн. 

 Министр сельского хозяйства Айдарбек Сапаров доложил, что для достижения целевых показателей предлагается комплекс мер финансовой поддержки отрасли по ряду направлений. 

 •Запускается программа льготного кредитования под 6% годовых на приобретение племенного поголовья всех видов сельхозживотных. Годовая потребность в финансировании составляет 300 млрд тенге. Реализация данной меры позволит ускорить обновление стада и повысить генетический потенциал животноводства. 

 •Для развития отгонного животноводства и формирования пастбищной инфраструктуры предусмотрен единый льготный кредитный продукт под 6% годовых с объемом финансирования на текущий год 50 млрд тенге.

 •Дополнительно внедряется льготное финансирование под 5% годовых на приобретение кормозаготовительной техники и оборудования с потребностью 50 млрд тенге.

 •Также запускается программа льготного кредитования под 5% годовых для пополнения оборотных средств по направлениям животноводства с общей потребностью 225 млрд тенге. Для расширения доступа к финансированию предусмотрено применение механизма гарантирования займов через фонд «Даму». 

 Также проектом Комплексного плана предусмотрены меры по обеспечению отрасли кадрами и созданию социальных условий для работников животноводства, включая обеспечение права пастухов и чабанов на получение специальных социальных выплат по достижению 55 лет, поддержку строительства жилья для специалистов и др. 

 Кроме того, предполагается формирование эффективной инфраструктуры маркетинга и расширение рынков сбыта. 

 Ветеринарная безопасность является обязательным условием для выхода на экспортные рынки. В данном направлении будет продолжена работа по модернизации ветеринарных объектов, а также планируется осуществление ежедневного контроля на торговых объектах. Прорабатывается вопрос повышения ответственности владельцев животных. 

 Олжас Бектенов отметил, что меры Комплексного плана должны обеспечить системное насыщение внутреннего рынка отечественной продукцией. Также необходимо развивать переработку и наращивать выпуск продукции с высокой добавленной стоимостью. Дано поручение интегрировать результаты Национальной сельскохозяйственной переписи в цифровые платформы и использовать их как единый источник учета. 

 Руководитель Правительства акцентировал внимание на исполнении поручений Главы государства по вопросу изъятия неиспользуемых сельхозземель. Министр сельского хозяйства Айдарбек Сапаров доложил, что ведется работа по проверке рационального использования земель. По трем зерносеющим регионам 330 хозяйств находятся под повышенным контролем. В случае выявления фактов нецелевого использования участки будут возвращены в государственный фонд для дальнейшего перераспределения гражданам. 

 По итогам совещания Правительство Казахстана одобрило Комплексный план развития животноводства на 2026-2030 годы. Премьер-министр поручил Министерству сельского хозяйства совместно с заинтересованными госорганами обеспечить координацию работы и качественное исполнение всех предусмотренных мер.

 Заместитель министра водных ресурсов, сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности Кыргызской Республики М.И. Дуйшеев в ходе рабочей поездки в Чуйскую область ознакомился с ходом реализации государственных программ поддержки мясного животноводства. 

 Вместе с представителями банков второго уровня он посетил ряд хозяйств, получивших льготные кредиты. Основное внимание было уделено оценке эффективности использования этих средств, увеличению объемов производства мяса, наращиванию поголовья и модернизации материально-технической базы. 

 По итогам визита отмечено, что льготное кредитование способствует развитию отрасли, повышению инвестиционной активности и укреплению продовольственной безопасности.Ярким примером такого развития стал масштабный проект ОАО «Кыргыз Агрохолдинг». На базе бывшей племенной станции «Элита» создается современный комплекс по откорму крупного рогатого скота по международным стандартам (feedlot). В рамках проекта реконструируются навесы и животноводческие помещения, строятся кормохранилища и производится благоустройство территории. 

 Целью является создание передового агропромышленного предприятия, ориентированного на эффективный откорм скота.

 По итогам поездки полученные данные и предложения фермеров. Проведенный мониторинг и предложения производителей будут использованы для дальнейшего совершенствования государственной поддержки мясного скотоводства в Кыргызстане.

 На заседании Республиканского совета по аграрным вопросам при партии «AMANAT» рассмотрен проект Комплексного плана развития животноводства на 2026–2030 годы. 

 В заседании приняли участие депутаты Мажилиса Парламента, члены Совета и представители государственных органов.Вице-министр сельского хозяйства Амангалий Бердалин сообщил, что по поручению Главы государства Министерством продолжается разработка Комплексного плана. 

 При формировании документа акцент сделан на переход от прямого субсидирования к инструментам льготного кредитования. В приоритетном порядке поддержаны меры по обеспечению отрасли доступными финансовыми ресурсами, эффективность которых подтверждена программой «Кең дала» под 5% годовых с гарантиями «Даму». 

 В рамках поручения Президента Казахстана реализуются шесть проектов по внедрению австралийского опыта в мясном скотоводстве, что позволит обеспечить экспорт до 50 тыс. тонн мяса. Уже в текущем году в Туркестанской области будет осуществлен полноценный запуск мясного кластера ТОО «Кайып Ата». 

 Отдельное внимание уделено развитию племенного и отгонного животноводства, переработки продукции, а также запуску льготных кредитных программ на инвестиционные и оборотные цели. В фокусе особого внимания — кадровое обеспечение, социальные условия работников отрасли и усиление ветеринарной безопасности. 

 В целом представленные подходы направлены на комплексное развитие отрасли животноводства, повышение ее конкурентоспособности и устойчивости, а также выполнение поручений Главы государства по наращиванию объемов производства и расширению экспортного потенциала.Члены Совета задали ряд актуальных вопросов, по которым даны разъяснения.

 Краткий обзор позиций (2023-2024 гг.)

•США и Австралия — мировые лидеры-экспортеры, технологические и природные "локомотивы" индустрии.

•Китай — крупнейший в мире потребитель и производитель, но с растущим внутренним дефицитом, что делает его крупнейшим импортером.

•Россия — страна с одним из самых высоких потенциалов роста, переходящая от импорта к самообеспечению и началу экспорта.

•Казахстан — важный региональный игрок и естественный партнер/конкурент России на рынке ЕАЭС.

Кормовая база: 

1. Россия: Огромные ресурсы пастбищ и пашни, свыше 30 млн гектар невостребованных земель, близость к ключевым экспортным рынкам. Главное преимущество — низкая стоимость земли. Климатические риски. 

2. Австралия: Огромные естественные пастбища (range-lands). Главный вызов: резкая климатическая изменчивость, частые и жестокие засухи, ведущие к вынужденному забою и сокращению стада. 

3. США: Интенсивное откормочное производство (фидлоты) на основе кукурузы и сои. Высокая продуктивность. Высокая технологичность и глубокие научные и экономические исследования для поддержки фермерских проектов 

4. Китай: Дефицит пастбищ. Сильная зависимость от импорта кормов (соя). Преобладание стойлового содержания. 

5. Казахстан: Экстенсивное пастбищное скотоводство, наличие по данным Правительства РК не менее 150 млн гектар свободных пастбищ. Проблема опустынивания и деградации земель. 

Себестоимость выращивания (относительная): 

1. Россия: Средняя. Ниже, чем в ЕС и Китае, но выше, чем у Бразилии. Сдерживают логистика, климат, нехватка инфраструктуры. 

2. Австралия: Конкурентно низкая для пастбищной системы (несмотря на высокие зарплаты). Достигается за счет масштаба, эффективного менеджмента пастбищ, самого современного оборудования для содержания скота на выпасах и высокой генетики. Но уязвима к засухам. 

3. США: Низкая за счет масштаба, технологий и эффективной логистики, но выше австралийской и бразильской из-за затрат на концентрированные корма. 

4. Китай: Самая высокая среди сравниваемых. Дорогие корма, земля и рабочая сила. 

5. Казахстан: Низкая, сравнима с российской или ниже в южных регионах. 

Главные вызовы: 

1. Россия: отсутствие или слабая развитость отраслевой инфраструктуры и логистики на внутреннем рынке. Нехватка квалифицированных кадров знающих мясное скотоводство. Волатильность инвестиционных затрат на фоне альтернативных отраслей. Ветеринарные ограничения для внутреннего перемещения и внешнего экспорта животных и продукции. 

2. Австралия: Экстремальная волатильность климата — главный и системный риск. Давление в области экологии (выбросы метана, использование воды). Высокая зависимость от Китая как рынка сбыта. Конкуренция с более дешевой бразильской продукцией. Ветеринарные ограничения для некоторых рынков. Экологические претензии (вырубка лесов). Удаленность от ключевых рынков (логистика). 

3. США: Высокая конкуренция на внешних рынках с Бразилией. Проблемы с водой в западных регионах, цикл сезонов засухи. Растущие экологические нормы. 

4. Китай: Острая нехватка ресурсов (земля, вода, корма). Фрагментация стада и упор на кластерные модели в отрасли (много мелких хозяйств). Ветеринарные риски. 

5. Казахстан: Удаленность от морских портов. Деградация пастбищ. Зависимость от импортной ветеринарии и техники. Волатильность региональных рынков. Длительные внутренние ограничения по экспорту. 

Государственная поддержка: 

1. Россия: Субсидии на племенном направлении, льготное кредитование для крупных предприятий.

2. Австралия: Прямой поддержки нет. Фокус на НИОКР, развитии экспортных рынков (через Meat & Livestock Australia), борьба с засухой и адаптация к изменению климата. Отрасль конкурентоспособна сама по себе. 

3. США: Сильная система господдержки через субсидии и программы страхования. 

4. Китай: Максимальная на фоне политики продовольственной безопасности. Субсидии на все этапы. 

5. Казахстан: Активная поддержка в рамках госпрограмм. Новая госпрограмма развития животноводства, как драйвера экспортных возможностей страны.

Модели производства: 

Австралия — эталон экстенсивного пастбищного скотоводства. Их сила — в управлении огромными стадами на огромных территориях в сложных условиях малыми, семейными предприятиями. 

Россия имеет потенциал для более гибкой модели. Сочетание экстенсивного содержания на юге и в Сибири с возможностью интенсивного зернового откорма (благодаря собственному зерну) — это преимущество. Россия может поставлять и недорогую пастбищную, и премиальную мраморную говядину. 

Климатические риски: У обеих стран климат — и преимущество, и угроза. Но если в России главный вызов — зима (предсказуемые, но затратные на корма), то в Австралии — засуха (непредсказуемый, катастрофический фактор, ведущий к резким колебаниям предложения и цен). 

Сводная таблица: Стоимость живого КРС для откорма и убоя (2023-2025 гг.)

Категории не идентичны, но сопоставимы. 

 Региональный разброс внутри стран: 

Россия: Цена в Ставрополье может быть на 15% ниже, чем в Татарстане из-за логистики до перерабатывающих заводов. 

США: Цены в Техасе (регион производства) ниже, чем в Небраске (регион откорма). 

Австралия: Цена могла падать до 2.50 USD/кг после дождей и взлетать выше 4.50 USD/кг в засуху. 

 Влияние государства. 

В России, Казахстане и Китае цены косвенно поддерживаются субсидиями. В США и Австралии рынок более либеральный.Ценовой диапазон четко делит страны на группы: 

•Высокозатратные рынки: США и Китай (выше 3.8 USD/кг). Высокий внутренний спрос и ограничения по ресурсам (корма в США, земля в Китае). 

•Среднемировой/волатильный эталон: Австралия (~2.8-4.2 USD/кг). Цена отражает глобальный спрос на пастбищную говядину. 

•Страны с низкой себестоимостью производства: Россия и Казахстан (1.45-1.95 USD/кг). Ключевое конкурентное преимущество для внутреннего рынка и потенциального экспорта. 

 Практическая ценность для России: Цифры подтверждают, что базовая стоимость сырья (живого скота) в России в 2-3 раза ниже, чем у ключевых экспортеров (США, Австралия). Это создает принципиальную возможность для конкуренции. Однако конечная конкурентоспособность на экспортных рынках определяется добавленными издержками: стоимость откорма до кондиции, логистика, переработка и, что критично, ветеринарный статус и репутация. 

 Вывод:Австралия — это действенный образец для подражания и главный тактический соперник России на пути превращения в мясную сверхдержаву. Россия обладает сравнимой ресурсной базой и стратегическим логистическим преимуществом в Азии. Однако для реальной конкуренции ей необходимо: 

1.Добиться сопоставимого ветеринарного статуса и репутации. 

2.Инвестировать в отраслевую инфраструктуру, систему оборота скота и управление пастбищами, чтобы повысить эффективность экстенсивного производства. 

3.Развивать сильный национальный бренд (например, "Russian Pasture Beef"), который будет ассоциироваться с чистотой и натуральностью, как австралийский. 

4.Использовать свое преимущество — возможность гибкого перехода между пастбищной и зерновой моделями откорма. 

5.Пока Россия догоняет Австралию по эффективности и репутации, она успешно занимает освобождающиеся рыночные ниши в Китае и Юго-Восточной Азии, используя ценовое и логистическое преимущество. 

 Стратегические выводы для России 

Конкурентные преимущества России: 

oОгромный земельный ресурс с потенциалом для расширения без ущерба экологии. 

oРастущее внутреннее потребление качественной говядины. 

oГеографическая близость к целому ряду интересных рынков, включая крупнейший (Китай) по сравнению с Австралией, Бразилией и США. 

oАктивная политика импортозамещения/экспорта. 

 Ключевые точки роста и конкуренции: 

oБитва за азиатский рынок: Россия, это естественный логистический хаб для поставок говядины или живого скота в страны Центральной Азии, соседям по Евразийскому континенту и в Китай. Однако придется конкурировать по цене и качеству с Бразилией, которая доминирует, и Австралией. Санкции и логистические цепочки работают здесь в пользу РФ. 

oПовышение эффективности: Необходимо снижать себестоимость через развитие собственной экономической модели выращивания скота, ветеринарии, логистики и перерабатывающей инфраструктуры. 

oНишевание: Конкурировать с южноамериканской дешевой и американской мраморной говядиной в лоб сложно. Перспектива — экологичная, "зеленая" говядина (премиальный продукт с прослеживаемостью происхождения), произведенная на естественных пастбищах, рынок халяль. 

Отношения с Казахстаном: Казахстан — скорее партнер, чем конкурент в рамках ЕАЭС. Возможно создание совместных производственно-логистических цепочек для экспорта в Азию, учитывая схожие условия и породный состав. 

 Итог: Россия стоит на пороге превращения из импортозависимого игрока в крупного регионального экспортера. Обладая ключевыми козырями — огромными земельными ресурсами и близостью к емким рынкам Азии, страна имеет уникальный шанс.Однако для перехода из категории «потенциального» в категорию «устойчивого» игрока необходимо сфокусироваться не на глобальном ценовом лидерстве, а на достижении эффективности эталонных производителей. 

 Стратегическая цель — догнать Австралию по рентабельности пастбищного скотоводства, параллельно развивая гибридную (пастбищно-зерновую) модель и укрепляя ветеринарную репутацию. Решение внутренних инфраструктурных и технологических проблем станет решающим фактором на этом пути.